Орех пальмы фителефас после сушки становится настолько твёрдым, что его можно полировать как слоновую кость. В конце XIX века тагуа использовали для пуговиц и других изделий, а сегодня её снова экспортируют и ищут для неё новые применения.
Материал, который помог заменить бивни
В XIX веке слоновую кость применяли для бильярдных шаров, клавиш пианино, рукояток ножей, гребней и шахматных фигур. На пике торговли в Европу ежегодно ввозили 800–1000 тонн бивней. Только в Британии ради них убивали около 12 000 слонов в год. Из одного бивня азиатского слона получалось всего 4–5 бильярдных шаров, а комплект из трёх к середине века стоил 60 долларов — примерно 1400 долларов в пересчёте на современные деньги.
В 1865 году в Гамбург пришло судно из Южной Америки с мешками орехов, взятых вместо балласта. Их твёрдая белая сердцевина после полировки оказалась похожа на слоновую кость. Вскоре материал стали использовать для пуговиц и других изделий. К 1900 году Колумбия и Эквадор экспортировали по 40 000 тонн тагуа ежегодно; в 1920-х из неё делали каждую пятую пуговицу в США. Тагуа шла также на шахматные фигуры, игральные кости, набалдашники тростей, рукоятки зонтов и японские нэцкэ. В 1887 году фабрики Лондона и Бирмингема расходовали три миллиона орехов за год.
Как устроена тагуа
Фителефас растёт в тропических лесах от Панамы до Боливии, особенно распространена пальма вдоль реки Магдалена в Колумбии. Она достигает 12 метров в высоту. В каждом плоде бывает до 20 семян размером с куриное яйцо. Свежие семена мягкие и сладковатые, но после нескольких недель сушки их сердцевина твердеет и хорошо поддаётся полировке. Название Phytelephas переводится с греческого как «растение-слон».
Одна пальма даёт около 9 килограммов тагуа в год и может плодоносить до ста лет. Для сравнения: по приведённой в материале оценке, столько же слоновой кости слониха производит за всю жизнь. В 1930 году для получения 40 тонн бивней требовалось убить 700 слонов.
Пластик, забвение и возвращение
В 1930-х синтетические материалы начали вытеснять тагуа: они конкурировали с ней по цене и качеству. Фабрики закрывались, а к 1940-м плантации в Южной Америке пришли в запустение. Пластик снизил спрос на слоновую кость, но не остановил торговлю навсегда: в 1960–1970-х она снова выросла. К 1989 году численность африканских слонов сократилась с 1,3 миллиона до 600 000, после чего международное сообщество ввело запрет на торговлю бивнями.
В 1990-х о тагуа вспомнили как о возможной альтернативе слоновой кости. Сейчас в Боготе фабрика La Tagueria перерабатывает 10 тонн орехов в год силами 40 сотрудников. Изделия из тагуа продают в Европе, США, Японии и Австралии. Каждый орех отличается рисунком и оттенком, поэтому материал используют, в частности, для украшений.
Доход для местных общин
Эквадор экспортирует тагуа примерно на 5 миллионов долларов в год; объём этого рынка, согласно статье, ежегодно растёт на 15%. При этом 98% лесов западного Эквадора вырублено под сельское хозяйство. Пальмы нередко сохраняют, потому что сбор орехов приносит доход сельским общинам. Исследователи из Университета Иллинойса и Католического университета Эквадора изучают, как поддержать эту связь между местными жителями и пальмой.
Помимо традиционных изделий, компании испытывают порошок тагуа для косметики, а исследователи рассматривают возможное применение материала в нанотехнологиях и как заменителя пластика. Возобновляемая альтернатива не устраняет все причины браконьерства, но история тагуа показывает, как спрос на материал можно частично удовлетворить без добычи слоновой кости.































